Навигация
Главная  Экономика 

Александр Коротков вице-губернатор Омской области "В кабину пилота ворвались террористы"


Мы, следуя своей давней традиции, предоставляем Александру Петровичу возможность высказать свою точку зрения на ситуацию, сложившуюся вокруг омского облигационного займа.

Из области ушло 109 миллионов рублей живых денег, которые можно было заменить векселями предприятий и облигациями займа После публикации в "КВ" 2 марта 2000 года статьи "Судят Омскую область" в редакцию позвонил заместитель губернатора Александр Коротков, который сейчас заканчивает учебу в Российской академии государственной службы при президенте Российской Федерации по специальности "Управление развитием региона". Он возглавлял областное финансовое управление с февраля 1997 года по апрель 1998-го, в то время, когда размещение миллиардного облигационного займа только начиналось. Александр Петрович предложил отделить факты от домыслов. По его мнению, идея займа была верная и стартовал он правильно, но, не добежав и до середины беговой дорожки, стал спотыкаться. Произошло это уже после того, как Александр Коротков был вынужден уйти из финансового управления, и его место заняла Наталья Фролова.

- Очень важно было разместить заем до 1 июня 1998 года.

До 1 июня должны были разместить весь миллиард - Александр Петрович, я помню, что первые торги в Санкт-Петербурге облигациями омского займа начались для многих, даже каким-то образом причастных к этому людей, несколько неожиданно.

- Да. 1 июня мы должны были полностью закончить его размещение.

- Весь миллиард?

- Было понятно, что в конце мая начнутся процессы, требующие много денег: отпускные учителям, шахтерские - если помните, именно тогда "накручивалась" с ними ситуация. Нарастала вторая волна азиатского фондового кризиса. А значит, к началу лета спрос на ценные бумаги начнет падать и будет расти их доходность.

- Почему?

- Понимаете, я не бухгалтер. Вот Наталья Константиновна (Фролова - М.И.) - она бухгалтер. И очень хорошо знает, из какой статьи взять и в какую статью положить. Я пришел в администрацию с должности управляющего омским филиалом Авиабанка могу этого не знать - я банкир. Банкиры - они как собаки, у них чутье на деньги. У меня оно есть. Я никогда не был озабочен, как правильно провести какие-то действия внутри бюджета. Это рутинная работа, ради которой у нас в финансовом управлении сидят десятки специалистов. Если они плохо работают, можно их уволить и набрать новых. Я всегда был озабочен другим: конъюнктурой, ситуацией, которая складывается вокруг, пониманием существующего денежного механизма. Вы пишете в статье, что у омских облигаций была самая высокая доходность. Да, это так. Но вы же дальше правильно продолжаете: надо было разогреть рынок. На биржу выходили никому неизвестные омичи. И уже чувствовалось, что к концу мая конъюнктура изменится. Я стремился успеть. А вот Андрей Иванович (первый заместитель губернатора Андрей Голушко - М.И.) подходил к займу с прямо противоположных позиций. Он говорил, что мы размещение облигаций начнем не раньше 1 мая.

- Вам это было ясно еще в январе-феврале 1998 года?

- Такую линию проводил Андрей Иванович. Это принципиальная схватка между профессионалом-финансистом и человеком, который, на мой взгляд, совершенно не понимает в деньгах ничего. Он не видит механизма. Хочу здесь подчеркнуть, что до того момента, как я ушел из финансового управления, Андрей Иванович не являлся командиром денег. Хотя на этом настаивал. Но я все время открывал документ - распределение обязанностей между заместителями - и говорил: "Читай: зам. губернатора по финансам Коротков - написано. Отойди". Немножко грубо говорю. Но это было так во всей работе с деньгами . Он не мог вмешаться ни на секунду, я ему этого не позволял. Максимум, что он мог, как все остальные замы - просить решить какой-то вопрос. И если его реально было решить - я решал. Даже в первую очередь по сравнению с другими бумагами. Но никогда не шел наперекор общей логике финансовой ситуации.

- Помню, тогда были разговоры о том, чтобы размещать как можно позже.

И считаю, что первые размещения займа были абсолютно правильные. Ведь потом увеличилась ставка Центробанка, резко подорожали банковские кредиты, в то время как мы продали облигации за фиксированный процент. То есть дальнейший ход событий показал, что я, торопя торги, был абсолютно прав.

Так произошло с займом. Я взял на себя ответственность и сказал: мы будем размещать в феврале. Губернатор полетел тогда по делам в Москву, я с ним там встретился, все ему объяснил и заручился поддержкой.

- Завал начался после того, как я уже ушел из финансового управления, в апреле 1998 года. Деньги начали брать ради денег, чтобы закрыть какую-то финансовую дыру. Не понимая конъюнктуры. Я до первых торгов неделю прожил в Санкт-Петербурге, прочитал кучу книг и сам лично отдавал команды при торгах. После меня уже никто туда не выезжал и в торгах не участвовал.

И сделали ахинею

- В середине 1998 года область отдала 109 млн. рублей живыми деньгами по первому траншу агрооблигаций. Вы считаете, это правильно?

А ведь я продавал займ с умом. Сначала попробовал 9-месячные бумаги - хорошо пошли. Продали на 35-40 млн., я сказал: подождите, давайте - 12-месячные. Выпустили определенное количество - стоп! Попробуем 18-месячные и 24-месячные. Понятно, что разместить долгосрочные облигации для области было выгоднее - деньги позже надо отдавать. Когда пришли рулить другие люди, они выбросили на рынок как раз краткосрочные бумаги.

- О чем вы с ними договорились?

- В свое время я выбрал из четырех банков генеральным агентом агрозайма МФК. Я там побывал несколько раз, узнал все руководство, выяснил их подноготную. Встречался с их действительным руководителем Потаниным.

И вот с МФК я договорился, что первый платеж по агрооблигациям в 109 млн. рублей - мы на 80-90% гасим векселями "Полета", "Омсктрансмаша", а на оставшиеся 10-20% они возьмут облигации Омской области. Все сделали по уму. Но, когда подошло время, Наталья Константиновна заплатила живыми деньгами все 109 млн. руб. Никто меня не спросил, не поинтересовался. И сделали ахинею, похоронив все достигнутые договоренности.

Еще в 1997 году мы давали кредиты из бюджета на заработную плату ПО "Полет", "Омсктрансмашу", ОМП им.Баранова. До меня эта процедура оформлялась договорами, а потом возникали проблемы с возвратом. Я сказал: "Так не пойдет, давайте делать цивилизованно. Перед тем как получить деньги, подпишите договор на сумму долга с процентами векселя". О том, что объединение "Полет" должно, скажем условно, 70 млн. рублей. И таких векселей мы взяли на 200 млн. рублей.

Вот тогда бы была понятна одна вещь, и ее надо было сделать. На 1 июня область разместила на 420 миллионов рублей облигаций. Как раз в тот момент рынок начал раскачиваться. Ставка рефинансирования скакнула до 150%. И все эти наши 420 с лишним миллионов можно было купить всего за 108 миллионов рублей. Мы могли выкупить по дешевке все облигации, затратив на это намного меньше денег, чем область получила от займа.

Я же говорю, вместо финансиста в управление пришла бухгалтер. А ведь главная задача была не бухгалтерию вести, а понимать финансы, рассматривая область как часть российской и мировой финансовой системы, на которую оказывают влияние разные факторы, включая кризис на Тайване.

То есть была логика выстраивания финансовых схем, чтобы бюджет, затратив немного, мог заработать значительно больше. Те, кто пришел после меня, всю эту логику пустили под откос.

Причем именно выкуп уже размещенных облигаций, если финансист не дилетант, это обязательное условие их выпуска. Главное - не разместить облигации, главное - работа с ними на вторичном рынке. Если бы еще мне не мешали и удалось бы к 1 июня разместить, как задумывалось, 1 млрд., мы бы, получив около 700-800 млн., выкупили бы и эти облигации, и закрыли бы весь наш долг банкам. Иными словами, ничего не мешало нам иметь огромный выигрыш, тогда как общий проигрыш составил 420 (долг по облигациям) + 546 (долг банкам) + 150 (проценты за этот долг) около 1100 млн. руб. Вот цена амбиций и некомпетентности: около четверти бюджета.

- Представьте, что вы летите рейсом Омск-Москва. Не знаете, кто там командир, кто второй пилот. Самолет легко разбежался по полосе, поднялся, набрал высоту. Но вдруг его начало трясти, бросать из стороны в сторону. Вы, не зная ситуации, говорите плохие слова про командира экипажа: не может, дескать, нормально управлять. А на самом деле в кабину управления взлетели террористы и связали пилотам руки. Они, когда летели, посмотрели и сказали: "Самолетом-то управлять - легкое дело. Сиди в кресле - ручки дергай. А он сам летит". Поэтому - пилотов в сторону, давайте мы сами поведем. Вот и повели: самолет начало бросать. Я не знаю еще, как он приземлится. Он уже близко у земли и постоянно стукается то одним крылом, то другим, то еще чем-то. Поэтому обвинения в адрес того, кто поднял самолет и повел, мне кажутся неправильными. Так нельзя. Был курс конкретный, был угол подъема, конкретные люди, которые помогали во всем этом деле - все было очень конкретно. И все было очень красиво. Ну а потом, когда отняли штурвал и все стало портиться, - причем здесь командир корабля.

Городскому займу - нет

- В его судьбе мне пришлось сыграть существенную роль . Они уже все подготовили и согласовали. Но из Министерства финансов и из санкт-петербургской компании "Александр В. Костиков и партнеры" мне позвонили: "Александр Петрович, что будем делать?" В тот момент в городе главным финансистом работала г-жа Фролова, которая завалила все что могла: с деньгами было очень плохо. Я сказал Минфину: "Понимаете, в городе не распорядятся этими деньгами так, как нужно. Я не вижу там финансиста, который мог бы этим займом управлять. В результате, наверняка, за муниципальный заем прийдется отвечать области. Я вас убедительно прошу, не давать разрешения". Они так и сделали. То есть был человек, который решил: быть или не быть займу.

- Кстати, город Омск тоже собирался выпустить облигационный заем...

- Декларировались две цели: реструктуризация нашего долга и инвестиции в окупаемые проекты.

- Куда были направлены деньги от областного займа?

"Завтра обносим банки колючей проволокой"

У нас были сделаны инвестиции в Крутинку на обрыбление водоемов, и Крутинка теперь, благодаря этой рыбе и тому, что вокруг нее организовано, возможно станет бездотационным районом. Эти деньги пошли на двигатель ТВД-20, который сейчас сертифицирован, на АН-3, на газификацию, строительство рапсового завода в "Золотой ниве".

- 546 миллионов - это немало. Каким образом область залезла к банкам в такой долг?

Что касается реструктуризации. У нас на 1 января 1998 года задолженность областного бюджета банкам была 546 млн. рублей. И мы каждый месяц платили проценты: около 20 млн. руб. Из средств займа мы начали гасить основной долг. То есть стали заменять текущие кредиты теми, которые нужно было гасить лишь через год и более.

Когда резко уменьшились платежи по процентам за кредиты , появилась возможность их обслуживать. Нашлись деньги и на зарплату. Когда в Минфине обнаружили, что у нас начались подвижки, - изменилось и отношение к области. Я у них взял беспроцентную ссуду - сначала 70 млн. руб., потом 250 млн. руб. И не просто им сказал: дайте, и они тут же выдали. Я к ним пришел со всеми бумагами и показал: вот такие у нас долги , вот так мы их гасим.

- Для ответа на этот вопрос нужно вернуться в еще более раннее время. Когда я пришел в феврале 1997 года в финансовое управление, задолженность бюджетникам была шесть месяцев и более. Область имела общий внешний долг на 1 января 1997 года 1223,8 млн. руб. Я начал разбираться с долгами области. Начал с банков. Обнаружил, что Инкомбанк давал бюджету кредиты под 120% годовых! Область не могла рассчитаться: ему какую-то пшеницу за это давали , другие товары. Я вызвал управляющего филиалом Поваренкина и спросил: что это ты делаешь? Ведь на тот момент средний банковский кредит был около 60%. Он отвечает: раз берут под такие высокие проценты, отчего б не давать. Я ему сказал: "Можешь обижаться, я тебя давно знаю (у нас и банки рядом были), но обносим завтра твой банк колючей проволокой вместе со всеми обменными пунктами, филиалами и так далее - там и работай. Все понял?" На следующий день он приносит бумагу, где процентная ставка по кредитам уменьшилась в два раза - до 60%. Вот так я начал работу. Все банки поставил на место.

Потом пришли иные люди и начали проводить иную политику. Бюджетный самолет начал заваливаться.

И нам удалось закрыть задолженность по заработной плате. На 1 января 1998 года в области не было долгов ни учителям, ни врачам. Все - по нулям. И с 1 января 1998 года до середины апреля - момента моего ухода из финансового управления - у нас ничего нигде не срывалось. Выплачивалась вовремя зарплата, выдавали детские пособия, осуществлялись платежи в внебюджетные фонды.



P.S. "КВ" готовы представить свои страницы и для других мнений об областном облигационном займе.

 

Сушинский прощается с омскими болельщиками. В сухопутном городе с морской душой - праздник ВМФ. Тетя, прощаясь, сказала "Здрасьте!". "Омскликерводка" станет банкротом. Если нет горячей воды, - подавайте в суд.

Главная  Экономика 

0.0312
© h8records.ru. Администрация сайта: 8(495)795-01-39 гудок 160121.
Копирование материалов разрешено при условии ссылки на сайт h8records.ru.